главнаяпророчестваэкуменизмкалендарный вопросбогослужебный язык

Аналогия Второго Ватиканского: промежуточные итоги «Всеправославного собора»


Всё, что происходит в эти дни на острове Крит полностью подтверждает правильность оценки «всеправославного собора» как механизма создания наднациональной структуры управления Православной Церковью для изменения основ православной веры и утверждения ереси экуменизма в качестве официальной доктрины по модели Второго Ватиканского собора. Об этом, не скрывая, говорил сам патриарх Варфоломей, и это хорошо знали все, кто готовил это событие.

Во-первых, мы видим особую роль Ватикана. Его представители присутствуют на заседаниях собора и на вечерней службе на Крите 19 июня. А патриарх Варфоломей в своём выступлении 20 июня выразил «горячую благодарность» папе римскому за то, что тот в своей ежевоскресной молитве помолился об успехе «трудов на Соборе».

Во-вторых, нам дали понять, что собор рассматривается как зародыш наднационального органа, решения которого будут обязательны для всех Поместных Церквей. Об этом впервые было сказано патриархом Варфоломеем еще на Стамбульской встрече в марте 2014 г., когда он, говоря об отсутствии единства среди Православных Церквей, признал, что «…все сие выявляет необходимость в некоем [регулирующем] органе, учрежденном официально или неофициально, который решал бы все возникающие расхождения и проблемы во избежание разделений и распрей».

А на Крите об этом заявил представитель Константинопольского Патриархата архиепископ Иов (Геча) Телмисский, подводя итоги открытия собора: «Предстоятели Православных церквей выразили надежду, что собор станет новым органом православной Церкви, который будет созываться на регулярной основе для решения проблем, которые православные переживают в ХХI веке», и что он «станет новым постоянно действующим институтом для разрешения межцерковных разногласий». Архиепископ Иов также подчеркнул, что собор является «Святым и Великим Собором Православной Церкви» в соответствии с решением, принятым на встрече предстоятелей в январе этого года и что «никакая другая институция не имеет права менять всеправославное решение».

В целом все присутствующие на соборе осудили отказавшихся от участия, но наиболее резким оказался архиепископ Кипрский Хризостом, назвавший тех, кто выступает за то, чтобы отложить собор, «фундаменталистскими группами» и «фанатиками». Он подчеркнул на первом заседании, что «созыв Святого и Великого Собора Православной Церкви, как бы ни казалось это невероятным, является реальностью» и что «отсутствие некоторых Помесных Церквей не уменьшает значение Святого и Великого Собора. Как темы, так и тексты документов Собора уже обсуждались и единогласно были одобрены официальными представителями всех Поместных Православных Церквей и их Предстоятелями. То же самое касается и созыва Собора. Сегодняшнее отсутствие некоторых не имеет отношения к поставленным на повестку дня вопросам Собора и к сути обсуждений, но связано, по моему мнению, с проблемами взаимообщения [между Церквами] или c внутренними причинами конкретных Церквей. И не взирая на их отсутствие, мы можем сказать, что ныне они принадлежат к слушающим».

В связи с этим всё более двусмысленной представляется позиция, занятая руководством Московской Патриархии. Официальный отказ от участия РПЦ связан с отсутствием на нём некоторых Поместных Церквей, а не является результатом несогласия с содержанием документов или с попыткой создания общего органа управления. О таком намерении патриарха Варфоломея было хорошо известно, и никакой оценки в отношении этого высказано не было. Что же касается статуса собора, то 17 июня глава синодального отдела по взаимоотношениям Церкви с обществом и СМИ В.Легойда на вопрос о том, будут ли решения собора носить общеобязательный характер для всех церквей в православном мире, заявил, что Русская Православная Церковь выскажется о том, какой статус имеет собор на Крите, только после принятия им решений.

Действительно, отказавшись от определения собора как «всеправославного», руководство Московской Патриархии промолчало по поводу характера его решений. Это выглядит как некий маневр, который позволяет, с одной стороны, избежать обвинений со стороны верующих в следовании в форватере политики открыто прозападного Константинопольского Патриархата, а с другой – продолжать втихую проводить проэкуменистический курс, проявляя полную солидарность с решениями критского собора.

Заведомо лукаво весь гнев православных направляется против Константинополя (охрана американскими спецслужбами, присутствие на соборе еретиков и представителей нехристианских религий, претензии патриарха Варфоломея на единоличное руководство и пр.) при том, что дух «единства» не ставится под сомнение и позволяет осуществлять по принципу «окна Овертона» психологическую подготовку русских людей к принятию новой экуменической реальности под бдительным и непосредственным контролем Ватикана.

...Подводя некий итог сказанному, можно сделать весьма тревожные выводы. В частности, мы констатируем свершившийся факт создания принципиально нового для Церкви единого наднационального органа управления – «Всеправославного собора» – и приведения, таким образом, всей системы администрирования мирового церковного механизма в полную аналогию со структурой ООН. Попирая при этом заложенные апостолами и утвержденные Вселенскими Соборами принципы территориальности, независимости и автономии Поместных Церквей, вводится чуждое и неприемлемое Православию единое управление Церковью, призванное уже в недалеком будущем стереть сами межконфессиональные границы для соединения в одну «Новую мировую религию».

Руководимые и контролируемые Ватиканом, действующие по указке западных спецслужб, мировые иерархи сознательно десакрализуют Православную Церковь, избегая называть Ее Телом Христовым и оперируя исключительно термином «институт». За всем этим чётко просматривается совершенно определенная цель: ниспровергнуть Христа и проторить дорогу грядущему правителю-«машиаху». Подтверждением этому служит изменение и полная отмена православного учения о Христе и Его Церкви, что содержится в утверждённых в Шамбези документах: прежде всего, «Миссия Православной Церкви в современном мире» и «Отношения Православной Церкви с остальным христианским миром».

Лукаво-двусмысленная позиция руководства Московской Патриархии с головой выдаёт очевидный её сговор как с Константинополем, так и с Ватиканом. Манипулируя святыми чувствами верующих людей, учитывая поднявшийся с февраля 2016 года протест против сближения РПЦ с Римом, лидеры МП умело направляют народное недовольство против патриарха Варфоломея и Константинополя, оставляя в тени продолжающееся неуклонное следование экуменическим курсом в тесном союзе и под контролем Ватикана.

Исходя из духа и буквы принятых ещё на стадии предсоборной подготовки документов, все решения Критского собора будут общеобязательны для всех Поместных Церквей, что уже неоднократно констатировалось на проходящем форуме. Таким образом, рано или поздно все решения собора будут приняты и подписаны руководством Московской Патриархии.

А нынешнее временное неучастие РПЦ во «Всеправославном соборе» – это лишь отсрочка, имеющая целью «умыть руки», избежать личной ответственности за принятие «неудобных» решений – в частности, по Украинской афтокефалии – и решить внутрицерковные проблемы.

Кроме этого, можно с уверенностью предположить наличие плана репрессивных мер в отношении лиц, не приемлющих экуменический курс руководства РПЦ, действующего в согласии с отдельными ветвями и представителями государственной власти. И предполагаемый перенос комплекса репрессивных мер из церковно-канонической плоскости в уголовно-правовую уже начал обретать определенные очертания. Так, на рассмотрение Государственной Думой внесён законопроект №10391-6 «О внесении изменений в отдельные законнодательные акты РФ в части установления дополнительных мер противодействия терроризму и обезпечения общественной безопасности», в котором в статью о свободе совести и вероисповеданий вносится понятие «миссионерская деятельность», под которой понимается более или менее любая религиозная практика вне специальных заведений, кладбищ, мест почитания, религиозных школ – богослужения, церемонии, распространение литературы и других материалов, чтение проповедей. «Распространение веры и религиозных убеждений» через СМИ и в интернете тоже считается миссионерством. Этой деятельностью смогут заниматься только представители зарегистрированных организаций и групп — или люди, которые заключили с ними официальный договор. Каждый миссионер должен иметь при себе документы с определенной информацией, подтверждающие его принадлежность к той или иной организации или группе. Любую миссионерскую деятельность в жилых помещениях, кроме богослужений, церемоний и обрядов, хотят запретить...

Источник: информационное агентство «Информ-Религия»






© 2010-2016. Восьмой вселенский собор.