главнаяпророчестваэкуменизмкалендарный вопросбогослужебный язык

«Всеправославному» – нет, «собору» – да? О неопределенной позиции Синода РПЦ


Прошедшее 15 июля заседание Священного Синода Русской Православной Церкви на фоне прогремевших мировых потрясений – теракта в Ницце и неудавшегося госпереворота в Турции – выглядит скучной провинциальной новостью. Хотя на повестке Синода стоял вопрос тоже международного значения – как же наше священноначалие будет теперь официально относиться к «Святому и Великому Собору», собиравшемуся на Крите в июне.

Перед нашей церковной властью дилемма – с кем быть? С теми, с кем так давно привыкли вести «диалог», но кто примет теперь нас в эту игру лишь на своих восточно-папистских условиях, да еще козырь с украинской автокефалией разыграть может. Это – Фанар, патриарх Варфломей и «западные партнеры». Быть с ними привычно, но теперь уже крайне невыгодно и просто опасно.

Главное, церковный народ этого не поймет и уже не простит. К тому же как быть с Антиохийской, Грузинской, Болгарской Церквами, с которыми мы «из солидарности» не поехали на «собор» и сорвали его «святость» и «величие»? Да еще ведь Афон четко выразился о почти еретическом статусе критского мероприятия. А еще большое количество иерархов, богословов, клириков и мирян со всего православного мира вполне ясно определились в своем отношении к событию на Крите: от непризнания «соборика» до полного его осуждения. Надо быть и с ними обязательно. А как так решить, чтобы и «критских» не обидеть и своих не оттолкнуть? Вот решил наш Синод в который раз побалансировать между всеми.

Наш Синод, как и следовало ожидать, не нашел в себе решимости отмежеваться от критского «собора». Слишком уж завязла наша церковная власть в экуменических «диалогах», подковерной дипломатии и игре интересов, чтобы так быстро перестроиться. В заявлении Синода все та же двусмысленность, что была и месяц назад: не «всеправославный», но все же «собор». Оптимизма насчет того, что официальная риторика синодалов в одночасье изменится, думаю, не было ни у кого из здравомыслящих православных людей. Но волевая немощь церковной власти должна восполняться решимостью церковного народа Божьего. Мы так уже устали от витиеватого чиновничьего словоблудия, как церковного, так и политического, что реагируем теперь только на дела и внятные программы действий.

Делом было то, что Московский Патриарх не оказался на Крите на «варфоломеевском спектакле». Внятным было официальное непризнание Антиохийской Церковью этого спектакля «собором». Более чем внятным, почти пророческим призывом было последнее обращение 60 афонских монахов и старцев к Священному Киноту Св. Горы с призывом осудить «разбойничий собор» и прекратить поминать патриарха Варфоломея. А голос Афона слышат все православные народы!

В России верующие – клирики и миряне – также хотят конкретных решений. Церковная общественность на всей канонической территории Московского Патриархата уже переросла, на мой взгляд, уровень просто эмоциональных всплесков и подошла вплотную к тому, чтобы сформулировать программу действий для Русской Церкви. Примерно ее можно свести к следующему:

- требовать соборного осуждения экуменизма как экклезиологической ереси и антиправославного мировоззрения;

- настаивать на выходе РПЦ из Всемирного совета церквей;

- добиваться отмены необдуманных «одобрений» шамбезийских текстов нашим Архиерейским Собором в феврале;

- инициировать процесс подготовки межправославного форума (например, в форме Архиерейского совещания представителей всех четырех не приехавших на Крит Церквей) для оценки канонических диверсий Константинополя;

- провести неоднократные церковно-общественные слушания, научно-практические конференции с привлечением экспертного сообщества по выработке неэкуменических и антизападных, традиционалистски ориентированных стандартов нашего духовного образования.

Синодальная библейско-богословская комиссия, которой поручено «изучить» документы, не вызывает уже ни малейшего доверия. Во-первых, потому, что богословием там заправляет митрополит Иларион (Алфеев) и его ведомство, с таким успехом провалившее «восьмой вселенский собор», но не расставшееся с мечтой о нем. А во-вторых, упомянутая комиссия не смогла даже сформулировать хоть сколько-нибудь весомые богословские причины, по которым мы не поехали на Крит. Отделались «солидарностью» с другими тремя Церквами – они в богословии оказались компетентнее нашего ОВЦС.

Уверен, что эстафету в догматической, канонической, экклезиологической оценке критского «собора» надо брать в свои руки нам – православным традиционалистам. И ставить перед нашим священноначалием такие принципиальные вопросы, чтобы ответы на них могли быть в евангельском духе: «да-да, нет-нет». Все остальное от лукавого и от Фанара.

Ведь рано или поздно нашей Церкви придется четко определиться с кем она – с критским меньшинством, оставивших себе от Православия только клобуки и панагии, или с истинно соборной полнотой всего мирового Православия, для которых вопросы веры и Традиции не предмет спекуляций. Думаю, что Святейший Патриарх Кирилл вряд ли захочет отдать Русскую Церковь «на милость» американских и ватиканских разработчиков прошедшего «собора». А другой путь – только к Традиции и единству с православными народами Руси, Антиохии, Грузии, Сербии и Болгарии.

Диакон Илья Маслов

Источник: информационное агентство «Информ-Религия»






© 2010-2016. Восьмой вселенский собор.