главнаяпророчестваэкуменизмкалендарный вопросбогослужебный язык

Почему православному христианину нельзя быть экуменистом (основание деcятое, ч.3)


Смотри: начало; осн.1; осн.2: ч.1, ч.2ч.3осн.3осн.4осн.5 осн.6 осн.7;  осн.8: ч.1, ч.2, ч.3
осн.9: ч.1ч.2, ч.3 ч.4осн.10: ч.1ч.2


ОСНОВАНИЕ ДЕСЯТОЕ: 
ЭКУМЕНИЗМ НЕ ДОПУСКАЕТ ПРАВОСЛАВНОГО
МИССИОНЕРСТВА СРЕДИ ИНОСЛАВНЫХ; ОН УТВЕРЖДАЕТ
ПРОТЕСТАНТСКИЕ ОБЩНОСТИ В КАЧЕСТВЕ «ЦЕРКВЕЙ»;
НАЧИНАЕТ ПРИТЯЗАТЬ И НА ПРАВОСЛАВНУЮ ЦЕРКОВЬ И
ЗАРАЖАЕТ ЕЕ ПРИНЦИПИАЛЬНО ЧУЖДЫМ ДУХОМ ОБМИРЩЕНИЯ

Г) ЖЕНЕВА НАЧИНАЕТ ДИКТОВАТЬ
УСЛОВИЯ ПРАВОСЛАВНОЙ ЦЕРКВИ

Женевский экуменизм уже не хочет быть просто «союзом церквей», но постепенно становится законодательным учреждением, распространяющим власть на своих членов, включая и Поместные Православные Церкви. До сих пор обладателями такой власти были и остаются для нас только Вселенские и Поместные Православные Соборы. Однако их авторитет умаляется из-за наступления новой силы – «Всемирного совета церквей» (ВСЦ) (экуменической организации, – примеч. ред.), который, как некий общецерковный орган, оттесняет Православные Соборы, навязывая свои взгляды в догматической и канонической областях. Сегодня мы находимся на стадии, когда руководящие экуменисты уже позволяют себе делать публичные высказывания, подобные произнесенному д-ром Виссерт-Хуфтом при его официальном посещении 24 ноября 1964 года Софийской Духовной академии: «Женева есть место, имеющее известную власть, которое хотело бы стать центром юрисдикции» (Духовная культура. 1965. № 3. С. 23).

В «Послании церквам», разосланном центральным комитетом ВСЦ (заседавшим в Утрехте в августе 1972 г.), в заключении сказано: «Самая большая проверка нашего сотрудничества заключается в степени осуществления на деле в наших церквах договоренностей, достигнутых в нашем братстве» (Risk. № 8. 1972. С. 23). Смысл этого выражения следующий: от церквей, членов ВСЦ, требуется проводить на местах принятые в ВСЦ, как верховном церковном органе, решения по разным каноническим, догматическим, социальным и прочим вопросам.

Следуя чувству самосохранения, представители Православия в экуменическом движении не решаются признать, что ВСЦ может иметь власть над Поместными Православными Церквами. По их мнению, решения генеральных ассамблей ВСЦ, созываемых раз в 7 лет и определяющих его программу и политику, не имеют обязательного характера для церквей-участников совета. Согласно Конституции ВСЦ, хотя совет может давать рекомендации и предоставлять возможность для совместной деятельности входящим в него членам, но он не может воздействовать на них законодательно, за исключением тех случаев, когда это на него возлагается «добровольно» (?) (ЖМП. № 4. 1975. С. 34). Так написано в книге. Но на деле все обстоит иначе. Поразмыслим над следующими фактами.

1. ВСЦ собирает под видом обязательных членских взносов огромные денежные суммы с участвующих в нем церквей. И Поместные Православные Церкви ежегодно покорно выплачивают свои членские взносы. Парадоксально, но они финансируют ВСЦ, чтобы быть разрушенными от него!

2. ВСЦ присвоил себе право раздавать стипендии, которыми связывает совесть «облагодетельствованных» им православных стипендиатов. Стипендии предоставляются не только для учебы в экуменических институтах, где молодые православные студенты явно развращаются в каноническом и догматическом отношении, но – что любопытно – ВСЦ часто дает стипендии православным студентам и клирикам, получающим образование в православных странах. Таков, например, случай с рукоположенным в 1974 году молодым сербским епископом Иринеем Моравичским (ныне Сербский Патриарх Ириней (Гаврилович), – примеч. ред.), о котором читаем в сербском издании «Православие» следующее: «Как стипендиат ВСЦ в 1962–1963 учебном году он углубил свои знания Священного Писания в Греции, изучая православные источники» (Православие. № 177–178. 1974. С. 5). Неужели Сербская Православная Церковь не могла на свои средства отправить своего клирика в православную Грецию на специализацию и неужели Элладская Православная Церковь не могла содержать его как своего стипендиата (как многих других), что потребовалось вмешательство еретического ВСЦ?! Ясно, что ВСЦ таким образом хочет обязать себе «облагодетельствованных» им православных, чтобы в будущем использовать их для своих целей.

3. ВСЦ усиленно содействует проведению календарной реформы в Поместных Православных Церквах. Некоторые экуменисты не скрывают, что только «после двадцатых годов нашего (20-го, – примеч. ред.) столетия, когда усилившаяся ностальгия по христианскому единству привела к новым и все более успешным инициативам в рамках экуменического сотрудничества и сближения, был проявлен особый интерес к церковно-календарному вопросу» (Сабев Т. Церковно-календарный вопрос. София, 1968. С. 36). Только этим «особым интересом» экуменических кругов к календарному вопросу можно объяснить проникшее в 1923–1924 годах в лоно Православной Церкви вредное календарное нововведение, когда Константинопольская Патриархия под давлением темных сил приняла новый стиль для подвижных праздников. Вскоре ее дурному примеру последовали и другие Поместные Православные Церкви – Элладская, Румынская, Александрийская и проч.

Известно, что в 1962 году, как и в 1965–1966, ВСЦ усиленно работал для проведения календарной реформы, особенно в тех Православных Церквах, которые отличаются большей приверженностью священным традициям Православия. В это время было разослано «несколько писем к церквам – членам ВСЦ с вопросами относительно возможных изменений в церковном календаре» (Там же. С. 7). Результатом этого настойчивого вмешательства во внутреннюю жизнь Поместных Православных Церквей в конце 1968 года стало проведение у нас (в Болгарской Церкви, – примеч. ред.) календарной реформы под предлогом, что новый стиль якобы более отвечает современному состоянию астрономической науки. В сущности эту реформу можно назвать плодом укрепления связей Болгарской Православной Церкви с ВСЦ. Осуществление реформы приблизило нас к воплощению экуменических идеалов о «единообразии в практике всех христианских исповеданий» (Там же. С. 36).

В окружном послании, сообщающем о введении нового календарного стиля, покойный Болгарский Патриарх Кирилл и Священный Синод официально признались, что «принятие этого календаря соответствует экуменическим устремлениям Святой Церкви (sic!)» (Церковный вестник. № 21, от 21 июля 1968 г. С. 2). Таким образом, с высочайшей церковной трибуны во всеуслышание было заявлено, что интересам чистоты Православия предпочтены соображения о сближении с его врагами. Очевидно, что желание угодить своим женевским покровителям имеет первостепенное значение для наших экуменических деятелей. Во имя этого сближения с еретиками они пренебрегли рядом важнейших фактов, а именно:

а) Календарная реформа вносит историческую и хронологическую неправду в календарь, смещая на 13 дней вперед чествование памяти святых и священных событий. Возьмем в качестве примера празднование памяти преподобного Серафима Саровского. Он почил в начале 1833 года, 2 / 15 января. Ныне же по новому календарю его память празднуется на 13 дней раньше истинной даты его кончины;

б) Кроме православного Месяцеслова, новый стиль искажает и церковный Устав и, в частности, «Марковы главы», помещенные в конце Триоди, по которым определяется богослужебный порядок при совпадении некоторых минейных праздников с триодными, – например, Благовещения с Вербным воскресением или с Пасхой;

в) Новый стиль сокращает на 13 дней Петров пост у новостильников, а в некоторые годы, когда православная Пасха бывает поздней, Петров пост в новостильном календаре полностью исчезает. Так было в 1975 и 1983 годах (и в нынешнем 2013 г., – примеч. ред.), когда по новому стилю память святых Апостолов пришлась на сплошную седмицу между Пятидесятницей и Неделей Всех святых, после которой в действительности Петров пост должен начинаться.

Введение нового календарного стиля в Церкви подрывает у народа доверие к ней как к оплоту неизменного Православия.

Здесь необходимо добавить, что проведенная у нас (в Болгарской Православной Церкви – примеч. ред.) реформа веками используемого в Церкви Христовой календаря еще не окончательна и является лишь началом новых, еще более серьезных календарных изменений. В качестве второго этапа готовится изменение православной Пасхалии и превращение Пасхи в неподвижный праздник. Об этом уже открыто говорится в наших церковных изданиях (см.: Сабев Т. Церковно-календарный вопрос. София, 1968. С. 58–60; Мефодий, архим. О календарной реформе // Духовная культура. Кн. 9–10. 1969. С. 37–43, 57–59; Чифлянов Б., прот. Дата Пасхи // Церковный вестник. № 11. 1971. С. 3–5; и др.). Для совершения этой новой реформы подготавливается почва, и все чаще звучат слова о необходимости освобождения православной Пасхи от «досадной зависимости от пасхи иудейской» и прикрепления ее к определенному дню – например, второму воскресенью апреля.

Уже откровенно говорится и о необходимости отмены некоторых канонов, поскольку реформа Пасхалии антиканонична и не может совершиться на основании святых канонов. Как известно, она противоречит 7-му Апостольскому правилу, 1-му правилу Антиохийского Собора и решениям Первого Вселенского Собора. Чтобы православные перестали критично воспринимать предлагаемые беззаконные реформы, им постепенно внушают, что каноны «устарели», «уже несовременны», а некоторые и вовсе объявляют фактически недействительными на том основании, что они уже не соблюдаются (см.: Сабев Т. Указ. соч. С. 60–61. Мефодий, архим. Указ. стат. С. 43).

Но если рассуждать таким образом, то мы придем к возможности «узаконивать» в Церкви любые беззакония. Каноны даны православным христианам Святыми Отцами, при благодатном содействии Святаго Духа (см.: Деян. 15, 28), – не для того, чтобы мы судили их и выносили приговоры об их «несовременности», а для того, чтобы они судили нас и научали церковной дисциплине и послушанию. Например, 10-е и 45-е Апостольские правила о недопустимости молитвенного общения с иноверцами и еретиками уже давно многими не соблюдаются. И мы видим, до чего это доводит «православных» экуменистов. Неужели же мы должны зачеркнуть эти священные каноны только потому, что ими пренебрегают «православные» экуменисты, и заменить их новыми, с противоположным смыслом? Но это будет означать фактический переворот в каноническом праве, да и в самом Православии.

Модернистская болезнь реформирования, навязываемая ВСЦ (экуменической организацией «Всемирный совет церквей» – примеч. ред.), поразила, к сожалению, руководство почти всех Поместных Православных Церквей. Межправославная комиссия по подготовке ожидаемого вероотступнического «Великого Собора Восточной Православной Церкви», против проведения которого слышны серьезные и оправданные протесты (см.: Irenikon. № 3. 1972. P. 420–421), на своем заседании в Женеве 16–28 июля 1971 года, рассмотрев вопрос православных постов, внесла множество предложений по их сокращению, отмене и облегчению. А в отношении календаря она рекомендовала (разумеется, под давлением ВСЦ) введение нового стиля и новой «пасхалии» во всех Поместных Православных Церквах. При этом откровенно говорилось, что целью реформы является не единство православного мира, а решение экуменической задачи – праздновать «великие христианские праздники одновременно во всем христианском мире» (см.: Скобей Г. На пути к святому и Великому Собору Восточной Православной Церкви // ЖМП. № 4. 1972. С. 53). Эта экуменическая задача четко была обозначена еще в 1920 году в изданном тогда злополучном Окружном послании Константинопольской Патриархии, ставшем первым шагом к сближению с инославными исповеданиями (см.: Делибаси А.Д. Ересь экуменизма (на греческом языке). Афины, 1972. С. 231–232).

И у нас экуменисты упорно работают в направлении отступления от Православия. С помощью своих статей профессор Т. Сабев готовит почву для принятия православными верующими намеченной смены вековой православной Пасхалии. Он представляет решение Первого Вселенского Собора по этому вопросу едва ли не идентичным по духу мнениям и тенденциям нынешних экуменических кругов. В разных вариациях профессор пытается навязать своим читателям мысль, что решение 318-ти Святых Отцов, собиравшихся в Никее, было: «Воскресение Христово праздновать одновременно – в один день всем христианам» (Сабев Т. Пасхальный вопрос и Первый Вселенский Собор // Церковный вестник. № 4. 1976. С. 5). Он намеренно умалчивает (что непростительно для него как историка) о том, что это решение не касалось еретиков, а относилось только к православным христианам, среди которых до его принятия существовали некоторые разногласия по вопросу Пасхалии. Это соборное решение не относилось ни к арианам (считавшим себя «христианами»), ни к гностикам-маркионитам (Маркион тоже был убежден, что является истинным христианином), ни к манихеям (Манес был бывшим пресвитером Православной Церкви), ни к антитринитариям-динамистам (чьим главным представителем был Павел Самосатский, антиохийский епископ), ни к антитринитариям-модалистам (с их идеологом пресвитером Савелием). Всех их Церковь отлучила и не желала иметь с ними ничего общего, не то что праздновать вместе свой величайший праздник!

И, если сегодня ВСЦ стремится к объединению всех в ереси, недопустимо представлять Никейский Собор как образец для ВСЦ. Вселенский Собор отверг ереси, а ВСЦ их собирает. Никейский Собор ратовал за всеправославное единство, а ВСЦ – за всееретическое и плюралистическое. Собор был выразителем истины и потому истинным Вселенским Собором, а ВСЦ является ее исказителем и узурпатором названия «экуменический» (= вселенский). При этом Первый Вселенский Собор утвердил и завещал на все времена точно определенные принципы исчисления дня Пасхи, а ВСЦ сегодня стремится их подорвать и уничтожить.

Принимая во внимание все эти факты, можно ли согласиться с мыслью профессора Т. Сабева о том, что «новая (экуменическая – примеч. авт.) инициатива относительно совместного празднования Пасхи <…> черпает энтузиазм и силы от вселенско-экуменического духа Никейского форума и его решения о единообразии в пасхальной традиции»?!

Унификация календаря и Пасхи с намерением добиться полного единства в праздниках с инославными не отвечает интересам Православной Церкви, но ведет к исполнению антиправославной экуменической цели – постепенному стиранию границ между православными и еретиками и приобщению Православия к подрывным началам экуменизма.

Архимандрит Серафим (АЛЕКСИЕВ),
архимандрит Сергий (ЯЗАДЖИЕВ)

Перевод с болгарского языка
Печатается с сокращениями
Публикуется по изданию: 
СПб., 1992. Текст сверен 
с изданием: София, 1998; 
исправлен и дополнен редакцией 
«Православного Креста»



Источник: газета «Православный крест»





© 2010-2016. Восьмой вселенский собор.